Губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом в начале октября подписал закон, который изменил правила работы государственной программы California Lifeline. Об этом сообщает eastbaytimes.com.
Программа предоставляет субсидированные услуги домашней и мобильной связи семьям, чей доход ниже определённого порога, а также тем, кто уже получает помощь по другим государственным программам, таким как Medi‑Cal, SNAP, WIC, жильё по программе Section 8 и др. До недавних изменений заявка на участие требовала указания номера социального страхования (SSN). Это создавало неопределённость для домохозяйств, где есть нелегальные мигранты, поскольку отсутствие SSN могло стать препятствием к получению субсидий.
Инициатором реформы стал член законодательного собрания от Демократической партии Авелино Валенсия, представлявший район Анаheim. В своей инициативе он чётко указал, что номер социального страхования не является обязательным для подачи заявления, а также ввёл запрет на передачу персональных данных заявителей Комиссии по коммунальным услугам Калифорнии без судебного ордера или повестки. По словам Валенсии, такие меры направлены на защиту информации нелегальных мигрантов от возможного доступа иммиграционных служб, особенно в условиях ужесточения иммиграционной политики федерального правительства.
Согласно официальному анализу законопроекта, федеральная программа Lifeline с 2012 года требует SSN, чтобы максимально использовать федеральные субсидии, но штат Калифорния решила отойти от этого требования, чтобы расширить охват. Теперь любой домохозяйство, соответствующее доходному порогу или получающее другие виды государственной помощи, может выбрать либо домашнюю, либо мобильную связь, но не обе услуги одновременно. Программа финансируется за счёт надбавки, взимаемой с телекоммуникационных компаний‑операторов, а не за счёт прямых бюджетных средств.
Нововведения сразу привлекли внимание сенатора-республиканца Теда Круза из Техаса. В письме к генеральному прокурору США Памеле Бонди он заявил, что изменения в калифорнийском законе могут противоречить федеральному законодательству, поощрять нелегальный въезд и неправомерно использовать налоговые средства. Круз потребовал от Минюста и Федеральной комиссии по связи (FCC) провести проверку соответствия штата федеральным нормам, а также оценить, не дублируются ли субсидии, предоставляемые штатом, с федеральными программами. По его мнению, такие меры создают прецедент, когда демократические органы штатов «поощряют» нелегальную иммиграцию и препятствуют работе федеральных иммиграционных служб.
Ответ Министерства юстиции подтвердил получение письма, но комментариев по содержанию не последовало. Представители FCC в момент обращения не смогли дать комментарий. Тем временем в Калифорнии уже начали принимать заявки по новой схеме, и по предварительным данным количество заявок от домохозяйств с нелегальными мигрантами возросло. По словам Валенсии, цель реформы – обеспечить базовый уровень коммуникаций для всех жителей штата, независимо от их иммиграционного статуса, и тем самым снизить риск социальной изоляции у уязвимых групп населения.
Критики, в том числе Тед Круз, указывают, что субсидирование связи для нелегальных мигрантов может стать дополнительным стимулом для нелегального пересечения границы, а также расходовать средства, которые могли бы быть направлены на гражданские программы. Сторонники же подчёркивают, что доступ к телефону и интернету является необходимой частью современной жизни, позволяя людям получать информацию о своих правах, обращаться за медицинской помощью и поддерживать связь с родственниками. В их аргументах также звучит мысль, что ограничение доступа к коммуникациям может лишь усилить маргинализацию и усложнить интеграцию мигрантов в общество.
Вопрос о том, насколько калифорнийская инициатива будет соответствовать федеральным требованиям, остаётся открытым. Если федеральные органы решат, что штат нарушил закон, возможны юридические разбирательства и потенциальное изменение условий финансирования программы. Пока же калифорнийские власти продолжают продвигать реформу, позиционируя её как шаг к более инклюзивному и справедливому обществу, где каждый имеет право на базовые коммуникационные услуги без страха перед преследованием со стороны иммиграционных властей.