В самом центре Манхэттена, среди оживленных улиц и толп туристов, на гигантских рекламных щитах появились лица израильтян. Об этом сообщает Ynet.
Это не модели или звезды кино, а люди, пережившие один из самых трагических дней в истории Израиля и нашедшие свой путь к исцелению через море. На прошлой неделе открылась выставка фотографий «У моря», которая продлится до конца января 2026 года. Проект является результатом сотрудничества художника и фотографа Даниэля Чечика и общественной организации «Моя волна».
Экспозиция расположилась на 41-й улице на пересечении с Седьмым авеню, в галерее «Заза». Фотографии и видеоарт, представленные на выставке, документируют истории жителей приграничных районов, семьи похищенных, выживших на музыкальном фестивале «Нова» и других мероприятий, а также военнослужащих и семьи погибших. Все участники выставки проходят терапевтическую программу «Моя волна», которая с начала войны предлагает морскую терапию для тысяч молодых людей и взрослых, используя серфинг как инструмент эмоциональной реабилитации.
Среди героев выставки — Май Фельд, чья жизнь изменилась после гибели ее брата, капитана Йотама Фельда, в бою в кибуце Бари. Она находит утешение в море. Также представлен резервист Томер Вайнберг, участвовавший в 140 днях боевых действий, и Эден Шмуэль, выжившая на фестивале «Нова», которая лично присутствовала на открытии выставки в Нью-Йорке.
«Каждый снимок запечатлевает момент, когда волна встречается с человеком», — объясняет Даниэль Чечик. «Момент стабильности перед лицом неопределенности, дыхания перед лицом нагрузки и выбора первого шага на пути к исцелению. Выставка «У моря» побуждает к внутреннему взгляду и представляет новый горизонт, где можно обрести искупление и спокойствие — даже после переживания трудных и потрясающих моментов».
Эден Шмуэль, 29 лет, поделилась своей историей. Она была на фестивале «Нова» с пятью подругами. «На таких фестивалях все ждут одного — рассвета», — рассказывает она. «Одна из моих подруг, Эйнав Элкием Леви, с которой мы дружили со школы, приехала на вечеринку вместе со своим мужем Ором Леви. Она тоже ждала восхода солнца. Это был последний рассвет, который Эйнав увидела. Через несколько часов она была убита в бункере, а Ор был похищен в Газу и освобожден через 491 день».
Эден вспоминает, как около шести утра, когда солнце уже взошло, ей позвонила мама. «Я сказала ей, что на вечеринке и все хорошо», — говорит она. «Когда я вышла из туалета, мне показалось, что я вышла из машины времени. Когда я вошла — все было как во сне. Когда я вышла — сон превратился в кошмар».
Шмуэль и две ее подруги сели в случайную машину и добрались до бункера недалеко от кибуца Бари. Две другие подруги, Хадар и Ливнат, остались на парковке искать свою машину. «Мы отправили им наше местоположение и ждали», — рассказывает Эден. Через несколько минут Хадар и Ливнат тоже добрались до того же бункера. «Мы простояли там несколько минут, а затем услышали террористов и стрельбу, приближающуюся к нам. Мы решили выйти из бункера — и это было вовремя. Но только для нас», — тихо добавляет она. «Через минуту и 50 секунд после того, как мы вышли, пришли террористы, бросили гранаты и убили всех, кто был внутри бункера». Среди погибших в бункере были Хадар и Ливнат, подруги Эден. Только через десять дней неопределенности полиция и армия смогли опознать их тела, и они были похоронены.
Выбравшись из бункера, Эден и ее подруги прыгнули в открытый автомобиль и начали ехать по дороге 232 — «дороге смерти», как ее позже назвали. Все эти часы, пока над их головами свистели пули и ракеты, летали гранаты и стреляли из РПГ, Эден снова звонила матери. «Я сказала ей, что уже еду домой и что все хорошо. Как только я отключила звонок, из меня вырвался неудержимый плач. Я думала, что это может быть наш последний разговор».
«До 7 октября я была адвокатом и предпринимателем», — говорит Эден. «Но с тех пор я все бросила. Я падала из глубокой депрессии в полное отчаяние».