Происходящий в арабском секторе кризис выходит за рамки обычного всплеска насилия, представляя собой системный коллапс. Об этом сообщает maariv.co.il.
Традиционные клановые структуры, некогда обеспечивавшие стабильность через механизмы третейского суда и внутреннего контроля, под натиском модернизации, урбанизации и государственного вмешательства утратили свою силу. Образовавшийся вакуум власти стремительно заполняется хорошо организованными и вооруженными криминальными группировками, которые во многих местах фактически становятся новой, неконтролируемой силой.
Долгое время израильские правоохранительные органы были ограничены в своих действиях по борьбе с этим явлением. Опасения коллективного осуждения и либеральные установки привели к сокращению обысков на предмет незаконного оружия, ограничению арестов и урезанию полномочий, требуя от полиции действовать с излишней «чувствительностью». В результате многие населенные пункты превратились в рассадник насильственной преступности, рэкета, нелегального оборота оружия и гражданского террора.
Сама арабская община несет на себе основную тяжесть этого кризиса: женщины становятся жертвами убийств из-за невозможности полиции проникнуть в их населенные пункты, молодежь пополняет ряды криминальных семей, а целые семьи живут под постоянным гнетом страха. Однако угроза не ограничивается внутренними проблемами, она давно переросла в стратегическую опасность для всего Государства Израиль.
Криминальные организации зачастую действуют не только как преступные элементы, но и как полноценные политические игроки. Они оказывают давление на глав муниципалитетов, влияют на тендеры, назначают на должности и захватывают контроль над местной экономикой. Сама возможность криминальных структур определять, кто займет общественную должность, подрывает основы демократии.
Параллельно с этим наблюдается опасное размывание границ между преступностью и террором. Оружие, контрабандой ввозимое из Иордании, Газы и Негева, питает не только местные банды, но и террористические ячейки. Бедуинские криминальные организации поставляют оружие ХАМАС, банды на севере продают его террористам в Иудее и Самарии, а преступные сети становятся платформами для враждебных организаций. Различие между «преступлением» и «угрозой безопасности» практически стерлось – все это связано единой инфраструктурой.
В сложившейся ситуации полиция оказывается бессильной. Проблема не в ее профессионализме, а в неспособности противостоять вооруженной, иерархически организованной и связанной с террором «теневой власти». Демократия опирается на сотрудничество граждан, но в арабском секторе население боится идти на контакт с правоохранительными органами. Полиция прибывает на место преступления уже после его совершения, тогда как криминальные структуры действуют как государство в государстве. У полиции нет ни необходимых инструментов, ни разведданных, ни полномочий для ликвидации таких организаций.
В этих условиях лишь одна структура в Израиле обладает потенциалом для демонтажа вооруженных криминальных группировок полутеррористического характера – это Служба общей безопасности (Шабак).